МЕТОДИКА КОМПЛЕКСНОЙ ПСИХОЛОГО-ЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ PDF Печать E-mail

1. ПОНЯТИЕ И ЗАДАЧИ СУДЕБНОЙ ПСИХОЛОГО-ЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ



Специфика такого рода судебной экспертизы, как судебная психолого-лингвистическая экспертиза, заключается в ее комплексности, в направленности ее лингвистических и психологических результатов на повышение объективности и всесторонности решения юридически значимой проблемы, следовательно, и в большей доказательности.

Комплексная психолого-лингвистическая экспертиза назначается для исследования устной и письменной речи (мимических, пантомимических, вокалографических, графических и других признаков), помогает установить личностные качества, психические состояния и процессы, проявившиеся в речи, а также авторство письменного / устного текста.

Для установления авторства письменных документов назначается криминалистическая (почерковедческая) судебная экспертиза, выявляющая признаки, особенности и детали, характерные для письма конкретного лица. Другие параметры, относящиеся к содержанию текста документов, как письменных, так и устных (логика, характер, содержание, предмет, цель, тема и идея изложения, коммуникативные интенции и реакции, степень участия и пр.), анализирует комплексная психолого-лингвистическая или психолингвистическая экспертиза (Коченов, Батов, 1972; Фомушкин, 2003; Желтухина, Кисляков, Лисовенко, 2005; Желтухина, Кисляков, 2008). В отличие от экспертов-почерковедов, которые устанавливают идентичность почерков изготовителя исследуемого документа и подозреваемого, обвиняемого и т.д., эксперты-психологи и лингвисты могут установить истинного автора письменного (рукописного, печатного), а также устного документа (видео-, аудиозаписи), эмоциональное состояние автора, его личностные и другие особенности.

Иными словами, человек в языке проявляется через свое коммуникативное поведение, через специфическое индивидуальное преломление произносительных норм, выбор определенной лексики и сознательный отказ от определенных слов и выражений, употребление определенных синтаксических оборотов, владение разными жанрами речи, индивидуальное паравербальное поведение (жесты, мимика, избираемые дистанции в общении и др.). Систематическое описание этих особенностей коммуникативного поведения есть речевой портрет человека (Карасик, 2005; Крысин, 2001; Черняк, 1994). Такой портрет может быть индивидуальным и коллективным. Чаще всего речь идет о социально-речевом портрете, так как «каждый из портретов отражает особенности речи определенной общественной среды» (Крысин, 2001: 91). Для такого описания можно характеризовать не все уровни языка, а только особенности в наборе языковых единиц и в речевом поведении представителей определенной группы (Крысин, 2001: 93).

В комплексной психолого-лингвистической судебной экспертизе выявляются следующие характеристики устной и письменной речи, значимые для следственно-судебной практики:

1) невербальные (для устной речи);

2) семантико-грамматические (характер фраз, выбор слов и конструкций, мера выразительности, правильности, организованности текста и др.);

3) категориальные (пол, возраст, социальный статус, профессия, территориальность, национальность и др.);

4) прагматические (цель, интенция, реакция и др.)

5) патологические (признаки психических заболеваний и болезненных состояний психики).

Исследования показывают, что судебная экспертиза, где необходимы специальные лингвистические и психологические познания в комплексе, оформилась в экспертной практике в самостоятельный род, вид или класс. Однако ее предмет, объект и задачи требуют более точного определения и официального закрепления, поскольку отмечаются пересечения с традиционно выделяемыми родами судебной экспертизы. Да и само ее понятие в судебно-экспертной деятельности «комплексная психолого-лингвистическая судебная экспертиза / психолингвистическая судебная экспертиза» не является устоявшимся или общепринятым. Так, в российской экспертной практике встречаются курьезные случаи, когда из-за отсутствия знаний по назначению и проведению такого рода экспертизы выводы экспертов по назначенной и уже произведенной экспертизе признаются судом недопустимыми доказательствами, поскольку поставленные на разрешение экспертам вопросы расцениваются (часто по настоянию адвокатов) как носящие правовой характер, выходящие за пределы профессиональной компетенции психологов и лингвистов либо вообще не требующие привлечения специалистов по психологии и лингвистике, так как на подобные вопросы может ответить любой носитель русского языка (что само по себе заведомо субъективно, кроме того, любой носитель языка не является экспертом как обладателем специальных знаний в определенной области). В связи с этим, считаем обязательным разъяснение следователям, дознавателям, судьям, адвокатам специфики и важности комплексного подхода для прояснения специальных вопросов, относящихся к области психологии и лингвистики, что выражается в расширении доказательной базы путем установления ранее не учитываемых фактических данных на основе исследования различных объектов.

Комплексная психолого-лингвистическая судебная экспертиза является средством и формой в интеграции гуманитарных знаний в условиях их дифференциации и базируется на коллегиальной деятельности. Возможности данного направления судебной экспертизы позволяют современному судопроизводству более полно реализовывать требования современного законодательства по защите прав, свобод, интересов граждан, безопасности личности и государства. Необходимо отметить, что в закрепленных различными ведомствами родах экспертиз видовое деление осуществляется по исследуемым объектам, для них характерны четко сформулированные задачи и перечень вопросов, выносимых на разрешение экспертов, унифицированные экспертные методики. Такой род экспертиз, как комплексная психолого-лингвистическая судебная экспертиза, уже сформировался и находится в процессе активного развития.

Из вышесказанного видно, что в настоящее время комплексная психолого-лингвистическая судебная экспертиза – активно разрабатываемое направление в юридической психологии и юридической лингвистике. Накопленный на сегодняшний день опыт производства комплексных психолого-лингвистических судебных экспертиз показывает, что круг обстоятельств, которые могут быть определены комплексным психолого-лингвистическим исследованием, расширяется, число проводимых экспертиз значительно увеличивается.

Комплексная психолого-лингвистическая судебная экспертиза для комплексного исследования устных и письменных речевых особенностей человека проводится часто с учетом данных судебно-медицинской, психиатрической, почерковедческой, фоноскопической и др. экспертиз. Исследование проблемы речевого портретирования обвиняемого, подозреваемого, свидетеля, работника правоохранительных органов представляет значительный интерес для современной юридической лингвистики и психологии, поскольку позволит установить коммуникативные модели истинности и ложности сообщения, конструирования скрываемых обстоятельств и фантазирования, разработать коммуникативный инструментарий для правоохранительных органов. Составление аксиологического портрета коммуникантов, который отражают и формируют продукты их речевой деятельности (аудио/видеозаписи, письменные и устные тексты), установление ценностных ориентиров их поведения представляют значительный исследовательский интерес, как в теоретическом, так и в практическом плане.

Основными актуальными проблемами остаются выработка единого подхода к комплексной психолого-лингвистической экспертизе устной и письменной речи, а также подготовка и повышение квалификации лингвистов и психологов, занимающихся в т.ч. производством комплексных психолого-лингвистических судебных экспертиз.

2. ОБЪЕКТ, ПРЕДМЕТ И МЕТОДЫ КОМПЛЕКСНОЙ ПСИХОЛОГО-ЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ 
СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ



Назначение в судебной практике комплексной психолого-лингвистической экспертизы устных и письменных текстов позволяет избежать одностороннего и необъективного изучения свойств представленных объектов (аудио- и видеозаписей разговоров, письменных текстов СМИ и массовой коммуникации, протоколов допроса/опроса и т.п.) (Трошина, 1990; Желтухина, 2003). Комплексный подход в экспертной деятельности реализует заключение, которое по форме и содержанию может отвечать основным экспертным критериям ясности, полноты и достоверности.

Поскольку устная и письменная речь является продуктом психической деятельности человека, не вызывает сомнения то, что текст должен рассматриваться на стыке лингвистики, психолингвистики и лингвопсихологии, психологии. Психолингвистика, будучи разделом языкознания, занимается анализом процессов и продуктов восприятия и продуцирования речи, включая экспериментальное исследование психологической деятельности субъекта по усвоению и использованию языка как организованной и автономной системы.

Традиционно в лингвистике и психологии речь понимается как явление, данность, абстракция (средства выразительности, стили, правила, грамматика, стилистика) и как выражение личности, психический процесс, нечто живое (речь и мышление, речь и сознание). Выполняя важнейшую функцию в формировании и интегрировании сознательного уровня человеческой психики, речь охватывает остальные уровни и выходит за пределы собственно психических форм мозговой деятельности. Восприятие окружающего мира, специфичное для каждой языковой группы, находит отражение в речевой деятельности коллектива и фиксируется в языке в виде концептов, понятий, представлений и мнений, выражаемых в различного рода высказываниях-суждениях. В прагматическом аспекте речевое высказывание рассматривается как единица коммуникации, детерминированной потребностями общения и социально-историческим контекстом функционирования языка. В когнитивной лингвистике речь и речевая деятельность представляют собой вид обработки информации, закодированной языковыми средствами, познавательный процесс (Желтухина, 2003).

Речевое взаимодействие представляет собой постоянный процесс установления соответствия между интересами адресанта и адресата и интересами формирующейся общности, в ходе которого создается пространство речевой коммуникации, имеющее вертикальные (пристройка, доминирование, подчинение), горизонтальные (межличностная дистанция), территориальные и временные измерения, определяющие характер психологического коммуникативного контакта. Исследование воздействия коммуникантов друг на друга связано с установлением его вербальных и невербальных механизмов: «лингвистики лжи» (Вайнрих, 1987), лингвистической, или языковой, демагогии (Шмелев, 1996; Николева, 1988), речевых манипуляций (Баранов, Караулов, 1994; Сентенберг, Карасик, 1993; Китайгородская, Розанова 1995, Доценко, 2000), речевого планирования, контроля (Fowler, Hodge, Kress, Trew, 1979). Это позволяет адресанту ставить цели коммуникации и достигать их наиболее оптимальным способом. Отнесенность речи к сквозным, или интегральным психическим процессам (по Веккеру) позволяет говорить о том, что по речевым проявлениям можно судить о целом ряде личностных (индивидуально-психологических) особенностей.

Тем самым, предметом комплексной психолого-лингвистической судебной экспертизы становится не только и не столько значение (смысловое содержание) текста, но и восприятие данного текста адресатом, а также интенция адресанта, воздействие данного текста на адресата (что зависит, как от содержания, так и от условий представления текста). Из экспертной практики следует, что для установления факта устного оскорбления, унижения чести и достоинства, умаления деловой репутации какого-либо лица, угрозы в адрес кого-либо часто недостаточно только лингвистического исследования вербалики высказывания, не менее важно изучение его невербальных компонентов (интонации, паралингвистических средств), например: интонационно окрашенная инвективная, обсценная лексика может быть воспринята не как оскорбление, угроза, а как выражение восхищения, симпатии.

В психолингвистической судебно-экспертной практике основным предметом анализа становятся лингвистические и паралингвистические параметры продуктов устной или письменной речи, которые позволяют ответить на ряд вопросов следствия, дознания и суда.

Типовые вопросы:

- Какие основные темы разговоров коммуникантов?

- Что является предметом и целью разговоров коммуникантов?

- Какова степень участия коммуникантов в разговоре?

- Кто из участников является инициатором обсуждения тем, зафиксированных в аудио-/видеозаписи?

- Могли ли коммуниканты своим участием в разговоре повлиять на его исход? Какие психологические и лингвистические средства для этого используются?

- Учитывая текст, подтекст, контекст, их лингвистические и паралингвистические параметры, каковы взаимоотношения обвиняемых (ФИО) друг с другом? Могли ли их взаимоотношения повлиять на сложившуюся ситуацию?

- В каких отношениях находятся между собой участники разговора? Имеются ли признаки зависимого, подчиненного положения кого-либо из участников?

- Кто из участников разговоров, предоставленных на исследование, имеет властные полномочия в отношении обсуждаемой ситуации?

- Имеются ли признаки какого-либо психологического воздействия участников разговора друг на друга?

- Учитывая текст, подтекст, контекст разговора, его паралингвистические параметры, имеются ли в разговоре со стороны со стороны каждого из участников побуждение (намерение) к конкретным действиям по решению проблем, побуждение к совершению конкретных действий? Если да, то каких именно действий и какими фрагментами разговоров это подтверждается?

- Имеются ли со стороны кого-либо из участников разговоров, предоставленных на исследование, побуждения к совершению каких-либо действий (бездействий), высказанных в адрес другого участника (участников)? Если да, то какие именно и в какой форме?

- Имеются ли в речевом поведении кого-либо из участников разговора психологические признаки скрываемых обстоятельств, фантазирования и психологические признаки конструирования ложных сообщений? Если да, то какими фрагментами разговоров это подтверждается?

- Исходя из лингвистических и паралингвистических особенностей предоставленных на исследование разговоров, следует ли, что их участники имеют общие представления о ситуации (приводятся конкретные обстоятельства исследуемой ситуации)?

- Имеются ли в разговорах между обвиняемыми (ФИО) ссылки на других лиц, имеющих отношение к обсуждаемой ситуации?

 
Общий метод комплексной психолого-лингвистической судебной экспертизы состоит в определении психологических особенностей речевого поведения коммуникантов на основе исследований формальных и неформальных лингвистических и паралингвистических характеристик устного или письменного текста для воссоздания целостного психологического речевого портрета коммуникантов в связи с поставленными вопросами.

3. СТРУКТУРА КОМПЛЕКСНОЙ ПСИХОЛОГО-ЛИНГВИСТИЧЕСКОЙ СУДЕБНОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ



Структура комплексной психолого-лингвистической судебной экспертизы отражена в активно используемой в экспертной практике авторской методике комплексного психолого-лингвистического анализа аудио- и видеозаписей (Желтухина М.Р., Кисляков В.П.), которая включает в себя три этапа: предтекстовый, текстовый и послетекстовый этапы.

1. Предтекстовый этап.

На данном этапе производится первоначальные просмотр и прослушивание записей, членение видеоряда на фрагменты, членение аудиоряда на фрагменты, работа с выделенными фрагментами. Основное содержание данного этапа составляют снятие языковых трудностей, которые могли возникнуть при работе с видео- и аудиозаписью, и повторные просмотр и аудирование выделенных фрагментов аудиотекста и видеоряда.

Выполняются следующие виды работы с текстом:

1) выдвижение гипотез в отношении поставленных перед комиссией вопросов;

2) определение основных линий развития обсуждаемых событий;

3) воспроизведение контекстов определенных слов и высказываний;

4) визуальный и аудиальный анализ видео- и аудиозаписей;

5) анализ взаимодействия основных участников разговоров.

2. Текстовый этап.

Основным содержанием данного этапа являются неоднократные просмотр и прослушивание всех видео- и аудиозаписей, составление стенограммы видео- и аудиозаписей.

3. Послетекстовый этап.

На данном этапе выполняются следующие виды работы с текстом видео- и аудиостенограммы:

1) выделение речевых ситуаций;

2) составление тематического плана разговора;

3) выделение высказываний, вопросов и ответов коммуникантов по их форме, содержанию и направленности;

4) выявление вербальных и невербальных средств, характеризующих поведение коммуникантов;

5) выделение поведенческих и эмоциональных реакций коммуникантов;

6) установление зависимости содержания ответов коммуникантов от существа задаваемых вопросов;

7) количественный и качественный анализ высказываний участников разговора.

Речь коммуникантов, содержащая эмотивные и социально-психологические характеристики рассматривается в свете когнитивно-дискурсивной парадигмы (Е.С. Кубрякова) с позиций эмотиологии (В.И. Шаховский). Поэтому специфика комплексного психолого-лингвистического экспертного исследования состоит в том, что нецелесообразно отделять друг от друга специфические методы и приемы в психологии и лингвистике, а также производить и описывать отдельно психологический и лингвистический анализы исследуемого материала. В некоторых случаях (например, при анализе аудио- или видеозаписей разговоров коммуникантов) при наличии у эксперта специальных знаний в смежных областях (специальных междисциплинарных знаний) возможно при проведении психологического или лингвистического экспертного исследования использование методов лингвопсихологии и психолингвистки, что и наблюдается в современной экспертной практике, особенно при производстве психологических экспертиз, как до, так и после выделения лингвистической экспертизы в самостоятельный род судебной экспертизы.